я тёпленький, живой здоровый и глажу тебя по спине.
— Алекс я тебя очень люблю.
— Я тоже вас очень люблю мои хорошие. Кроме того, вам нельзя волноваться. Вы у меня беременные.
Сам экстренно искал врача на станции
— Мила, я хочу, чтобы легла в лечебную капсулу.
— Зачем? Я здорова.
— Я хочу проверить тебя и малыша.
— Не хочу, я здорова, и он тоже. Я хочу разобраться, почему мне приходят такие уведомления. Я пыталась связаться с её отцом и матерью, но они не отвечали.
После чего пошёл опять слезный поток. Который тут же был подхвачен Лерой. Как назло, аптечка у меня осталась в рюкзаке в другом ангаре. Я оставил его, там думая, что это на пару минут не больше. Поиск медиков на станции пока не давал результата. Все были заняты и писали, что как освободятся, сразу свяжутся со мной. Наконец один освободился и сказал, что готов помочь успокоить её и уложить в капсулу. Только попросил заплатить вперёд. Я был готов заплатить и больше. Только вот мой счёт был арестован. Объяснив ситуацию, пообещал ему заплатить в двойне, если он готов получить оплату позже или на месте с чипа. Это его устроило, и он обещал быстро прибыть ко мне в ангар. Пока я его ожидал, пытался как-то успокоить обоих, мне это совсем не удавалось. Мила начинала, а Лера подхватывала. Через десять минут врач уже был у меня у дверей ангара. Я ему открыл и дал допуск на челнок. Он попросил подержать их, чтобы он мог сделать успокоительною инъекцию. Я согласился, но предупредил, что они обе беременные, чтобы укол им не навредил. Потом просто прижал их к себе, а он зашёл в каюту и сделал уколы в шею вначале Миле потом Лере. Они попытались сопротивляться, но не успели ничего сделать. После этого мы их раздели и поместили в капсулы. Милу в реанимационную, а Леру в лечебную. Я был медтехник, а не врач, поэтому решил прибегнуть к услугам специалиста. Вот только капсулы у меня были современные и на станции скорей всего таких не было. Я был не уверен, что он сможет с ними справиться.
— Умеете пользоваться такими капсулами?
— Видел, но пользоваться такими не приходилось.
— Сможете ими пользоваться?
— Думаю, сумею.
— Тогда вот коды доступа.
Перекинул ему их на нейросеть.
— Мне нужно, чтобы вы всё проверили, чтобы с ними было всё в порядке и им нужно какое успокоительное, чтобы оно действовало долго. Пока я разберусь с этим бардаком.
— Может им стереть память за последнее время?
— Не стоит, возможно смерть родителей окажется правдой и тогда всё начнётся снова, поэтому не стоит стирать.
— Понял тебя, что по оплате?
— Давай чип.
Я перегнал ему шесть тысяч, которые он запросил. Хотя его услуги не стоили и половины этой суммы, ведь капсулы, как и все картриджи к ним, были моими. После получения оплаты он приступил к работе.
Сам я направил запросы о своей собственной судьбе, где, когда и как я погиб, а также о судьбе родителей Милы. Врач провозился с капсулами не очень долго. После чего сказал, что всё сделал и ушёл. Подумав, решил вызвать отца Милы. Ответа от него не было, хотя раньше он почти всегда отвечал мне. Пока решил продолжить работу. Во время работы несколько раз вызывал его, но ответа так и не было. Похоже, всё-таки что-то случилось. Вернувшись вечером домой, первым делом, проверил жён. С ними всё было в порядке. Обе капсулы работали. Капсулы открылись только под утро, сообщив мне, что они закончили лечение. Я сразу зашёл к ним. Капсулы были открыты. Мила и Лера лежали в них и не вставали, но, похоже, что-то обсуждали между собой по нейросети. Взгляд у них ничего хорошего мне не сулил.
— Вы как себя чувствуете?
— Хорошо. Ты зачем нас сюда засунул? — спросила Мила.
— Я переживал за вас и за маленьких. Поэтому решил вас проверить. С вами всё хорошо. Не переживайте.
— С нами да, а вот с тобой точно сейчас не будет.
Поняв, что сейчас меня будут бить, я напрягся. Хорошо, что рядом ничего тяжёлого не было, а то я бы точно пострадал. Они выскочили из капсул и рванули за мной. Я от них. Собственно, челнок был маленьким, в каюте не спрячешься, Лера откроет. Бежать мне было не куда. Я выскочил наружу. За мной гнались две злые голые беременные женщины. Страшная картина. Хорошо, что я оказался одет в домашний халат, а они голые. В итоге я удрал из ангара. Они меня преследовать не стали, и я спокойно добрался до работы. У меня здесь находился запасной рабочий комбинезон, а то бы пришлось работать в домашнем халате. Продолжив работать, я получил ответы на мой запрос. Оказалось, что все мы, в том числе и я, погибли в один день и одну минуту и даже секунду. Это было мало того, странно, но и подозрительно. Озадачив своих инженерных дройдов работой, я занялся тем, что начал просматривать подборку новостей, связанных с восьмым флотом империи Аратан. Быстро выяснилось, что никакой информации не было. Это было ещё одной странностью. Ведь погиб вице-адмирал флота. Обычно офицеры с такими званиями в боях лично не участвуют.
Ни в местных оширских новостях ни в аратанских нигде не было ни слова, про какие-нибудь сражения восьмого флота. В одном новостном издании только проскочило, что флот в результате сражения понёс серьёзные потери и всё. Больше ничего на эту тему не было. С кем было сражение и когда оно произошло, никаких подробностей. Возможно, с архами схватились, но это было, вряд ли. Об этом бы уже на Ошире на каждом углу говорили. Пауки здесь была темой номер один. Здесь же в новостях всё было тихо. Зашел в аварские новости посмотрел о чём пишут у них. У них тоже была тишина, но запустив поиск на тему потерь флота, обнаружил похожую статейку о больших потерях на флоте. Статьи были выпущены почти в одно время с разницей в один день. Значит, всё-таки с аварцами схватились. Мне было жалко отца у Милы. Он был не плохой человек. К нему я не питал отрицательных чувств в отличие от её матери. Тогда как она погибла вместе с флотом? Как она там оказалась? Хотя, когда она с Милой общалась в
